Компенсация морального вреда: простой совет о сложном институте — card-muz.ru

Сколько стоят моральные страдания? Человек не задумывается об этом, пока не попадает по вине других в сложную жизненную ситуацию, например, у известной личности крадут имя, а рабочему на складе грузовик переезжает ноги и он остается без них. Сколько стоят в деньгах похищенные годы тяжкого труда во имя успеха и отнятые ноги? Адвокат, член Общественного совета при Минюсте России, главный редактор ЭСМИ «ЗАКОНИЯ» в эфире правовой рубрики программы УТРО на НТВ и на страницах «Адвокатской газеты» дал несколько советов по определению размера компенсации морального вреда.

Долгое время у нас стране, тогда еще СССР, не существовало понятия компенсации морального вреда. Моральный облик строителя коммунизма не поддавался денежному выражению и оценке. Потому до сих пор в судах возникают сложности при определении размера этой самой компенсации. И некоторые истцы, требующие компенсации, не видят разницы между понятиями: возмещение материального ущерба и компенсация морального вреда. К сожалению, зачастую, не видят разницы даже наши коллеги. Обратите внимание на эту разницу, она важна. Материальный ущерб – возмещают, то есть восстанавливают положение, существовавшее до нарушения права. Сгорел дом по вине соседа, его стоимость оценили, возместили пострадавшему, он построил такой же. Разбили машину, такая же история, оценили ущерб – отремонтировали или купили другую машину. Украли кошелек с деньгами, вор возместил и деньги, и стоимость кошелька. А как компенсировать моральный вред? Компенсация морального вреда – один из способов защиты гражданином его нарушенных прав (ст. 12 ГК РФ). Размер компенсации определяет суд. Закон часто прямо предусматривает основания для компенсации морального вреда: это, например, нарушение тайны завещания, авторских прав, прав потребителя, невыполнение турагентом условий договора, нарушение прав гражданина в связи с разглашением личной информации или в связи с дискриминацией в сфере труда, ну и другие. Если честно, то отсутствие в каком-то законе или ином нормативном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий вовсе не означает, что у потерпевшего нет права на компенсацию морального вреда.

Потому в любом случае ущерба интересам доверителя, если он ощутил нравственные или физические страдания из-за причиненного вреда, он вправе просить компенсировать их в денежной форме и об этом прямо сказал Верховный суд. И неоднократно сказал.

Юристы по-разному трактуют, как доказать размер компенсации морального вреда. Кто-то считает из общего тренда судебной практики, составляя среднее арифметическое из других подобных дел. Кто-то считает исходя из размеров социальных выплат или даже зарплаты судей, чтобы их убедить. Кто-то вообще путает компенсацию морального вреда с возмещением материального ущерба, подсчитывая стоимость лечения. Хорошо англичанам, у них прецедентное право и потому уже пару столетий как есть понимание сколько денег надо платить в том или ином случае компенсации морального вреда: вот, например, лишился человек ноги – получает с причинителя вреда 250 фунтов, обеих ног – 400 фунтов (речь идет о фунтах серебра, а не нынешних монетках). А как нам определять, сколько просить денег у российского суда? Как человек должен доказать суду, что он извините «настрадал» из-за врачебной ошибки на миллион рублей? Почему не на два?
Я как-то представлял «звездного клиента». У него украли имя. Точнее, некий концерн попросил у того разрешение использовать имя звезды в производстве товаров, получил нотариальное согласие, обещав с каждой проданной единицы товара 10 центов роялти. Но, как только зарегистрировал товарный знак с именем звезды на себя, нашел повод расторгнуть договор и ничего не платить. Получилось, что звездный доверитель имеет имя, как личное, но как товарный знак более нигде использовать не может, потому что «прошляпил» условие договора, где не был прописан порядок возврата имени из товарного знака. Мы с коллегами отсудили имя, взыскали ущерб, упущенную выгоду и умудрились взыскать дикую совершенно для российского суда сумму в тридцать тысяч долларов США в качестве компенсации морального вреда (хотя я просил миллион, но даже такая сумма просто за нервы по поводу судов просто фантастика, согласитесь).

Оппонент обжаловал в Мосгорсуд и там, помню, председательствующий ехидно так:

«А не многовато вашему клиенту столько денег за моральный вред? Вы его чем доказываете-то?»

Отвечаю, не моргнув глазом: «Мне его привести в суд, чтоб он тут разрыдался и доказал, как страдает?»

Судья: «Нет, уж, увольте»

Я: «Если коротко, то мой доверитель работал на свое имя с детства. Получал грамоты, становился победителем районных соревнований, городских, страны, и потом пришло мировое признание. И вот приходит некий хитрец и забирает имя, просто потому, что он хитрее. Это, Ваша честь, если бы вдруг кто-то взял и забрал ваше имя. Вы учились на отлично в школе, институте, потом годы юридической практики, бессонные ночи, диссертации, ученые степени, признание и вот вы судья – вершина карьеры юриста. И кто-то такой хитрый р-р-раз и забрал ваше имя себе. Как доказать ваши страдания от этого?» Решение оставили в силе.

Рассказываю универсальный прием, как надо подходить, по моему мнению, к определению размера компенсации морального вреда. Например, представьте себе рабочего, живущего в маленьком городке. Он каждый день ходит на завод. У него небольшая зарплата и живет он в коммуналке, но он улыбается, ибо он здоров и весел. И вдруг, грузовик переезжает ему ноги. И он лишается ног. Тут уж не до улыбок. Понятно, что возмещением ущерба будет оплата лечения, реабилитации и инвалидной коляски, если повезет – импортной. А компенсация морального вреда, как с ней? Так вот, размер денежной компенсации должен быть таким, чтобы человек снова улыбался. Да, у него больше нет ног, но он должен получить столько денег, чтобы улыбаться даже в инвалидной коляске, потому что он переехал из маленького городка в курортный Сочи и катается по набережной, глядя на море. Он снова счастлив, хоть и без ног. В этом случае моральный вред, можно сказать, компенсирован справедливо, потому что человек снова научился улыбаться солнцу.

Рубен Маркарьян,
Адвокат, член адвокатских палат г. Москва и г. Берлин, заместитель Президента Гильдии российских адвокатов, Член общественного совета при Министерстве юстиции РФ, главный редактор ЭСМИ «ЗАКОНИЯ, кандидат юридических наук.

Добавить комментарий