КОНГОЛЕЗСКАЯ ТЮРЬМА СПОСОБСТВЕТ ЛИШЬ ДЕГРАДАЦИИ — card-muz.ru

Мвана1 был осужден за участие в попытке государственного переворота после убийства в январе 2001 года бывшего президента Демократической республики Конго (ДРК) Лорана-Дезире Кабилы. Он является одним из 51 лиц, осужденных конголезской системой правосудия по этому делу. Прошло уже 19 лет, но он все еще находится в тюрьме, несмотря на то что ранее была объявлена амнистия. Мвана рассказывает…

В течение года на полу
Я был обвинен в подрыве безопасности государства. Прошло уже девятнадцать лет после тех событий, в участии в которых меня обвиняют, но до сих пор не было ни одного судебного разбирательства и, что еще более странно, не проводилось никаких следственных действий. За это время 10 подсудимых по этому делу умерли в тюрьме. Многие больны. Тюрьма «Макала» в Киншасе, построенная в 1954 году, рассчитана на 1 200 человек. В настоящее время здесь содержится около 10 000 заключенных! Есть помещения, в которых 80 заключенных вынуждены ютиться на 30 квадратных метрах без воды, вентиляции, лекарств и еды. Туберкулез, проказа, язвы, кожные и мочевые инфекции, гепатит, инсульт – это ежедневный удел заключенных. Поначалу я жил один в стандартной камере. Это была одиночка, в которой я провел три года (с 2001 по 2003), прежде чем мне разрешили увидеться с моими адвокатами.

Тюрьма открывается в 7 часов утра и закрывается в 17:30. Каждое утро заключенные имеют право молиться до 10 часов утра. В это время можно также заниматься спортом. В 15:00 начинается подготовка к возвращению в камеры, и в 17:30 все закрывается.

Тюрьма – это особый мир для человеческого опыта. Здесь собраны всевозможные людские пороки. Это место, где сосуществуют виновные и невиновные. Одни ломаются, другие держатся стойко. Унижения, голод, болезни, лишения, всевозможные пытки составляют ежедневное пребывание заключенного. У меня отняли все: имущество, жену, ребенка, которому было всего несколько недель. Свекра и священника, к которому мы ходили, также бросили в тюрьму и подвергли пыткам. Когда моя мама умерла, мне не разрешили присутствовать на ее похоронах.

В течение почти двух лет я был закован в ножные и ручные кандалы, а на голове постоянно находился мешок, чтобы я ничего не мог видеть.

В течение целого года спать я мог только на полу, не было ни койки, ни простыней. Потребности приходилось справлять в полиэтиленовые пакеты, а утром их выносить. Душ предоставлялся один раз в неделю, без мыла и ровно на четыре минуты. Пища состоит из каши, приготовленной из смеси бобов и маиса. Эта смесь готовится в деревянных бочках, и ею кормят один раз в сутки. Все остальное питание заключенные должны доставать себе сами.

Только через десять лет заключения мне предоставили первое свидание с одним из членов моей семьи. Если кто-то заболевает, то оплачивать трансфер в больницу должен сам заключенный. Он же должен оплатить и сопровождение надзирателей. В Конго тюрьма является финансовой подпиткой для магистратов и судей. У каждого из них свой интерес. Вы можете прождать годы, и ваше дело не будет двигаться с места. Чтобы такого не случилось, приходится давать взятки. Ответственность за все административные процедуры несет сам заключенный: все посещения магистратов являются платными, равно как и все остальное.

Условия выживания
Поначалу я плохо переносил заключение. Я был в ярости. Впоследствии я понял, что чем больше мы отказываемся терпеть эти злоупотребления, тем больше мы страдаем. Я решил стойко все переносить и находить во всем позитив. Я создал кое-какие условия для своего выживания, стал укреплять умственную и физическую выносливость, чтобы не поддаваться депрессии и физической слабости. Спорт и написание книг – это основные мои увлечения. Повседневную жизнь приходится разделять с бандитами. Мне нравится, что здесь мы все равны, хотя в социальном плане и есть разница. Я попал, как говорится, из князей в грязь. Теперь моя жизнь связана с этими людьми, которые, как и я, мечтают выжить. Большинство конголезских заключенных – это бомжи, мелкие воры, уличные драчуны, насильники, мошенники и активисты политических партий, которые проводят акции протеста, не испросив разрешения у властей. Эти люди попадают в тюрьму, где нет никаких курсов по профессиональной подготовке, освобождаются и вновь садятся из-за полного отсутствия программ реинтеграции.

Именно поэтому я начал заниматься преподавательской деятельностью. Вот уже 12 месяцев я обучаю моих сокамерников грамоте, учу их считать, писать, читать, рассказываю, что такое гражданский долг, и объясняю Евангелие.

Тюрьма может только способствовать деградации. Свобода учит двигаться вперед. Необходимо сложить все кусочки жизненной головоломки, чтобы осознать тот путь, который мы прошли с самого детства до тюремной камеры. Иногда понять это очень сложно, особенно если человек сам не желает этого понимать. Нужно развивать терпение, выносливость, раскрывать истинную ценность свободы. Я обращаюсь ко всем невиновным людям, ко всем несправедливо заключенным во всем мире и говорю: «Примите страдания, даже если они за пределами ваших возможностей, чтобы преодолеть ложь и злобу людей. И вы станете героями!»

Я надеюсь, что международные правозащитные организации потребуют моего освобождения. Я уже был амнистирован, но так и не был освобожден. Еще в 2013 году Африканская комиссия по правам человека приняла решение, обязывающее конголезское государство освободить нас и компенсировать нам это неправомерное и незаконное задержание, которое продолжается уже много лет.

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

На фото: в тюрьме «Макала» в Киншасе.

 

1 — Имя изменено.

Добавить комментарий